Оригинальный текст опубликован на сайте «Хроника Туркменистана», 23 сентября 2026. Материал доступен по .
23 сентября в Ашхабаде соберется Халк Маслахаты — высший представительный орган Туркменистана. Председательствует в нем бывший президент Гурбангулы Бердымухамедов, отчитывается перед ним сын — действующий президент Сердар. Повестка в этом году шире обычной: подвести итоги 35 лет независимости и наметить цели на десятилетия вперед.
Но интереснее другое. Это первое заседание после кадровой зачистки, в ходе которой Сердар убрал почти всех выдвиженцев отца. Теперь Халк Маслахаты — едва ли не единственная площадка, где отец хотя бы формально стоит выше сына. Насколько эта иерархия реальна — и делает ли Халк Маслахаты за три с половиной года после переучреждения хоть что-нибудь, кроме того, что заслушивает президента?
Непопулярное — от имени народа
В преддверии заседания Халк Маслахаты и почти сразу следующего за ним празднования 35-летия независимости Туркменистана 27 сентября в Ашхабаде возникли проблемы с общественным транспортом. Значительную часть автобусов с маршрутов и направили на подготовительные работы. Основные дороги и шоссе заранее очистили от транспорта, усилили меры безопасности.
В этом году на заседании в центре внимания вопрос о работающих пенсионерах. Им придется выбирать: либо продолжать работать без пенсии, либо выйти на пенсию и перестать работать. Сейчас они получают и зарплату, и пенсию, и власти, судя по всему, считают это нагрузкой на бюджет.
Еще в прошлом году на заседании Халк Маслахаты один из участников — так называемый почетный старейшина Язмырат Атамырадов — прекратить индексацию зарплат, пенсий, пособий и стипендий, а сэкономленные средства направить на развитие страны. Гурбангулы тогда лишь его за рекомендации, но вскоре ежегодную 10-процентную индексацию действительно приостановили. Судя по всему, решение было согласовано заранее, а трибуна Халк Маслахаты стала лишь местом для его формального выдвижения.
Роль старейшины здесь особенно удобна: он становится громоотводом для непопулярного решения. В стране, где люди и так работают за низкие зарплаты, даже небольшая пенсия для работающих пенсионеров становится важной прибавкой к заработку. Теперь же именно ее могут лишить тех, кто продолжает работать.
Проблема в том, что пенсионеров в стране не просто много — во многих сферах без них уже трудно обходиться. В здравоохранении, образовании и других госучреждениях остро не хватает кадров, и значительную часть специалистов составляют пенсионеры, которых некем заменить. В конце мая управление здравоохранения Лебапского велаята из-за нехватки кадров снова больницам брать на работу врачей пенсионного возраста.
Кадровый дефицит связан и с демографией. Официальные данные — по переписи 2022 года в стране живет около человек — вызывают серьезные сомнения: по некоторым оценкам, реально в Туркменистане около жителей, а диаспора уже сопоставима с этим числом. Уезжают прежде всего те, кто не занят в ключевых секторах экономики. Власти, судя по всему, пытаются удержать оставшихся: тех, кто приезжает из-за рубежа менять документы, порой просто не обратно. Но вернуть людей это едва ли поможет — скорее, они будут искать способ сменить гражданство и со временем перевезти к себе даже пожилых родственников.
При этом формально Халк Маслахаты, скорее всего, одобрит инициативу о прекращении выплат работающим пенсионерам. И тогда недовольство будет направлено не на президента, а на Халк Маслахаты — весьма своеобразный орган, смысл существования которого многие до сих пор не понимают, — и на очередного старейшину, представляющего народное волеизъявление и очевидно обласканного властью. Так Халк Маслахаты получает еще одну удобную функцию: не только формально одобрять решения, но и принимать на себя недовольство за их последствия.
Кресло для отца
Подготовка к ежегодному заседанию Халк Маслахаты началась еще в июле. Президиум, в который входят спикер Меджлиса, председатель Верховного суда, секретарь Госсовбеза, генпрокурор, министр юстиции и главы региональных маслахатов, регионам подготовить списки представителей общественности. По всей стране и в посольствах Туркменистана круглые столы, посвященные предстоящему заседанию.
Президента в Президиуме нет — и в этом суть: Халк Маслахаты — орган, перед которым он формально отчитывается. На ежегодном заседании президент, как правило, подводит итоги года и на цифрах показывает, чего удалось добиться в экономике, торговле и внешней политике. Затем выступает председатель Гурбангулы. Он говорит в основном о социальной сфере, культуре, образовании и юбилеях, а также представляет программы развития на будущее — обычно лет на тридцать вперед.
Главной темой заседания в этом году может стать целый набор стратегий развития Туркменистана на 2026–2052 годы — от внешнеэкономической политики и цифровой экономики до высшего образования. Гурбангулы их еще в сентябре 2024 года для заседания 2025-го, но на рассмотрение Халк Маслахаты они так и не попали. Как минимум одну из них — по высшему образованию — Сердар в октябре 2025-го просто собственным постановлением. Собственных инициатив за три с половиной года после переучреждения у органа не было — только чужие, озвученные с его трибуны.
По сути, главным результатом его работы стало собственное переучреждение в 2023 году. Реформа формально поставила Гурбангулы над всеми ветвями власти, включая президента, и легитимизировала его пребывание во власти даже после ухода с президентского поста.
Сам Халк Маслахаты существовал еще при Ниязове, только возглавлял его президент. Сменив Туркменбаши, Гурбангулы в 2008 году этот орган, а в 2017-м, еще будучи президентом, возродил его. В 2021-м Халк Маслахаты верхней палатой парламента, а в 2023-м снова превратился в отдельный орган, формально стоящий над всеми ветвями власти.
Усиление Халк Маслахаты в 2023 году произошло на фоне того, что после транзита Сердар стал вести себя гораздо самостоятельнее, чем ожидал отец, и формировать собственное окружение, которое ничем ему не обязано. Под контроль сына перешла и внешняя политика: иностранные чиновники стали встречаться с ним и приглашать его на международные мероприятия. Сердар, в свою очередь, получил возможность от имени государства заключать двусторонние и многосторонние соглашения, не ставя отца в известность.
Это, по всей видимости, и стало триггером для укрепления позиций Гурбангулы — причем в должности, которая официально позволяла ему влиять на политику и на сына уже не только как отец, но и как арбитр.
Впрочем, вспоминают об этом органе лишь раз в год — во время заседаний.
Бесполезный или пока спящий?
Переучреждение Халк Маслахаты дало Гурбангулы легальную возможность снова участвовать в политике наравне с президентом. Его стали с помпой на региональных и международных встречах, вести с ним переговоры как с высшим лицом в туркменской властной иерархии.
И вроде бы Гурбангулы вернул себе прежнее положение. Но сын-президент не уступал. Он тоже активно взялся за государственное управление, начал проводить кадровые чистки и постепенно избавляться от людей отца, оставленных ему в наследство для присмотра. Иностранные политики и чиновники при этом продолжали к Сердару как к главе государства.
Внешняя торговля и, применительно к Туркменистану, экспорт газа, а также доступ зарубежных компаний к разработке месторождений остаются в ведении президента. Именно он представляет страну в международных отношениях и определяет внешнюю политику. Поэтому ключевые межгосударственные соглашения и договоренности проходят через него.
По поведению Гурбангулы можно было предположить, что он не собирается довольствоваться символической ролью. Он словно шел по следам сына: вскоре после визита Сердара в США безуспешно встречи с Трампом, а в страны, где только что побывал президент, нередко следом и сам. Одновременно он пытался удержать своих людей на высоких постах и вернуть родственникам прежнее положение и влияние.
Дополнительным поводом для слухов стала политическая активность его дочери Огулджахан Атабаевой, которая стала вице-президентом Благотворительного фонда имени отца. На этом фоне предположения, что отец метит ее в президенты, так как Сердар его не устраивает.
Все это усиливало разговоры о том, что Гурбангулы пожалел о слишком быстром транзите власти. Теперь Халк Маслахаты мог бы стать легальным инструментом для возвращения власти, если Сердар продолжит вести себя слишком самостоятельно.
Однако едва ли этот инструмент сработает. В Президиум Халк Маслахаты входят его председатель, спикер Меджлиса, председатель Верховного суда, секретарь Госсовбеза, генпрокурор, министр юстиции и главы Халк Маслахаты велаятов и Ашхабада. Большинство из них — назначенцы Сердара, которые обязаны быть ему лояльны. Едва ли они пойдут против него.
Тем более в этом году Сердар самые масштабные кадровые чистки, избавившись почти от всех протеже отца. Даже Министерство национальной безопасности теперь человек Сердара — Мередов. Ранее он был главой охраны президента, но продвигать его начал сын. Мередов получил звание генерал-майора и возглавил ведомство.
Впрочем, формальных полномочий у Халк Маслахаты действительно достаточно. Но пока орган не запомнился ничем, кроме непопулярной истории с индексацией. Причем она как раз ассоциируется с председателем Гурбангулы.
Если социальное недовольство возникнет, оно скорее может ударить по Гурбангулы и возглавляемому им Халк Маслахаты, чем по Сердару.
Страховка без гарантий
Впрочем, у Халк Маслахаты есть еще одна неочевидная функция — местоблюстителя президентского поста. По Конституции, если президент досрочно покидает пост, власть до новых выборов к председателю Халк Маслахаты. Многие увидели в этом запасной сценарий для отца — возможность сместить сына, если транзит пойдет не по плану. Но смысл нормы может быть иным.
По закону сам председатель Халк Маслахаты на этих выборах не может. Но если с президентом что-то случится и он досрочно оставит пост, страной до новых выборов будет управлять не председатель парламента и не другой представитель власти, а глава Халк Маслахаты. То есть эта должность — своего рода страховка: в период безвластия президентский пост не достанется случайному человеку.
Правда, если в стране появятся силы, которые захотят сменить семью Бердымухамедовых, нормы о Халк Маслахаты им не помешают. Тем более уже был случай, который показывает, как легко обойти такую конструкцию.
В 2006 году конституционным преемником Ниязова должен был стать председатель парламента Овезгельды Атаев. Но он не устраивал элиты, и против него уголовное дело. Исполняющим обязанности президента Гурбангулы Бердымухамедов. То есть Конституцию обошли, причем сделал это тот же человек, который сегодня сам занимает место, предусмотренное такой нормой.
Галия Ибрагимова